Людмила Беспалова: «Даже при высоком урожае мечтаем о рекордном»

Сельскохозяйственный сезон-2026 в Краснодарском крае завершен. Кубанский каравай достойный – 11,4 миллиона тонн зерновых колосовых и зернобобовых культур. И в этом результате одну из важнейших ролей традиционно сыграли наши ученые-селекционеры, чей авторитет признан во всем мире.

Национальный центр зерна имени Петра Пантелеймоновича Лукьяненко заслуженно является флагманом сельскохозяйственной науки. И то, что он находится в Краснодарском крае, – неоценимое конкурентное преимущество наших аграриев, которые в этом году в очередной раз подтвердили статус Кубани как житницы России.

Но это уже история, потому что для земледельцев наступил сельскохозяйственный сезон-2027. О том, как сложился для кубанских растениеводов прошедший, 2026 год и на что можно надеяться в будущем, – наш разговор с руководителем отдела селекции и семеноводства пшеницы и тритикале ФГБНУ «НЦЗ имени П. Лукьяненко», доктором сельскохозяйственных наук, заслуженным деятелем науки РФ, академиком РАСХН и РАН, Героем Труда Российской Федерации Людмилой Беспаловой.

Своя посевная

Встреча с Людмилой Андреевной переносилась несколько раз: нужен был дождливый день, чтобы застать академика Беспалову в кабинете, а не в поле – шел осенний сев. Обложных дождей так и не случилось, поэтому разговор состоялся сразу по окончании посевной кампании. Но на наши поздравления с завершением главного аграрного события осени услышали в ответ:

– У нас сев как раз идет. Все сотрудники отдела селекции сеют новый селекционный материал в ящики для промораживания растений в морозильных камерах и получения оценок уровня морозостойкости. С вами поговорю и тоже к ним пойду.

– А у вас вообще бывает негорячая пора?

– Бывает не слишком горячая. А работы хватает на всех. У нас есть незыблемое правило: каждое утро мы проводим небольшую планерку – минут на 15. На ней обсуждается то, что необходимо сделать за день, слушаем краткие доклады коллег, участвовавших в конференциях, симпозиумах, форумах. И обязательно на этих планерках присутствуют все сотрудники – от руководителя отдела, до механизатора и водителя автокара. На мой взгляд, главной составляющей успеха в любой работе является вовлеченность каждого человека в процесс и гордость за то, что он причастен к очень большому и полезному делу. А что может быть важнее, чем хлеб растить? Для кого-то наивно звучит, но это работает. По моему мнению, во многом именно такой подход и преданность делу каждого сотрудника сделали наш НЦЗ ведущим селекционным центром России.

– НЦЗ имени Лукьяненко вполне можно считать еще одной визитной карточкой нашего края – это факт. Одного того, что 100 процентов семян озимой пшеницы на наших полях – плод трудов кубанских селекционеров, достаточно для понимания вклада ученых. Еще есть куда расти?

– Во-первых, из десяти лучших сортов озимой пшеницы России восемь – разработки нашего НЦЗ. То есть не абсолютный результат. А, если серьезно, то наука идет по непрерывному циклу. Это как доменную печь на металлургическом заводе разжечь. Ее нельзя тушить, плавить железную руду надо непрерывно годами. Так и у нас: даже кратковременная пауза чревата тем, что ты отстанешь от времени и уже не догонишь. Ведь сорт живет недолго. Выдающиеся – до 20 лет. А так каждые 10 лет идет практически полная сортосмена. Природа очень быстро меняется. Постоянно появляются новые расы болезней, к которым мы тоже должны быть готовы и оперативно создавать устойчивые гибриды. Меняются климат, состав почвы, адаптируются завезенные вредители. Селекция должна идти на несколько шагов впереди прогнозируемых изменений. И мы стараемся этому следовать. Каждый год мы отбираем больше 20 кандидатов в сорта. Заключительный этап тестирования по стабильности, пластичности, устойчивости ко всем невзгодам, которые мы им создаем, проходит 6–7 линий, которые заявляем для государственного сортоиспытания. Остальные, как правило, служат родительскими формами для получения новых гибридов.

– Накормим всю страну?

– Почему же только страну? Наши семена активно завоевывают мировой рынок. Ближнее зарубежье уже давно оценило кубанскую селекцию. И мы уже работаем с рядом более отдаленных государств. Понимаете, мне посчастливилось несколько лет поработать под руководством величайшего человека и выдающегося ученого – Павла Пантелеймоновича Лукьяненко. Он был великим селекционером, вел исследования с размахом и передал это своим ученикам. Я считаю, что мы должны создавать очень широкий генофонд сортов. Должны быть и сорта, и сортишки.

– Сортишки? Это новый термин?

– Нет. Просто мы так между собой называем сорта, которые не получают широкого применения, но идеальны для каких-то локальных условий. Проще говоря, стремимся занять все ниши – от огорода частника, который растит зерновые для себя или на корм животным, до агрокорпораций. Ведь нишу, которую не занял ты, очень быстро освоит кто-то другой.

Академический взгляд

– Как оцениваете результаты этого сельскохозяйственного года?

– Для меня, как и для всех растениеводов, это уже прошлый год. С начала сева мы живем в сезоне-2027. Что касается урожая, то он весьма достойный, но всегда хочется большего. Ведь уже постфактум становится очевидным, что были потери по объективным и субъективным – это особенно обидно – причинам. Среди объективных – обильные осадки в период налива зерна. Дожди шли весь апрель, май и первую половину июня. Любой агроном знает, что идеальные условия при наливе зерна – влага в почве и сухая солнечная погода с легким ветерком. К сожалению, на значительной части Краснодарского края такого не было. Дожди фактически вымыли существенную часть урожая. Кстати, за 56 лет, что я работаю в нашем институте, до недавних пор не было такого, чтобы урожайность колосовых в северных районах края была выше, чем в центральной зоне. Сейчас наблюдается как раз такая ситуация. Вот вам конкретный пример изменения климата.

– А что этому можно противопоставить?

– Достижения селекции и высокую культуру земледелия. О наших разработках мы немного поговорили. Хочу коснуться культуры земледелия. Если кратко, то на Кубани она сильно выросла. Это не простые слова, а научно доказанный факт. Не будем брать для сравнения лихие 90-е, когда нашу житницу чуть не уничтожили на корню – это несоизмеримо с нашим сегодня. Возьмем как точку отсчета начало этого века.

Мы ведем скрупулезный анализ каждого периода, и можно констатировать, что начиная с 2001-го урожайность шла по нарастающей. Так как сравнивать урожайность по годам некорректно, принято считать показатели по пятилеткам. Итак, в период 2001–2005 годов средний урожай составлял 42 центнера с гектара. А за прошлую пятилетку, то есть 2021–2025 годы, урожайность стала 61 центнер с гектара. Это даже при катастрофически засушливом прошлом сезоне, когда восточная и северная зоны края не видели ни капли влаги месяцами. Такой рост, пожалуй, является самым ярким маркером того, насколько выросла культура земледелия кубанских аграриев.

Что касается составляющих такого результата, то это совокупность очень многих факторов: селекция, технологии, техника, профессионализм и ответственность аграриев и многое другое. Слаженность работы гарантирует высокий результат даже при самых неблагоприятных условиях. В то же время многосоставная система чутко реагирует на любой, даже, казалось бы, незначительный сбой, который можно оценить и в килограммах, и в рублях. Простой пример: в этом году произошел взрывной рост количества мышевидных грызунов. Сезон 2026 года показал, что на полях, где не были как следует проведены мероприятия по борьбе с грызунами, мыши съели до 10 центнеров зерна на гектаре. Это большие потери, которых можно избежать. Это я имела в виду, когда говорила о субъективных причинах, снижающих урожайность.

– Но ведь агрономы не могли не знать о такой угрозе. Почему же тогда не все приняли меры?

– Сразу проясню, что мыши создали проблемы лишь в некоторых хозяйствах, а абсолютное большинство сельхозпроизводителей провели затравливание в срок и не допустили таких потерь из-за грызунов. Все крупные агрохолдинги и крепкие хозяйства провели мероприятия вовремя и в полном объеме. То есть в масштабах края частные случаи практически не повлияли на урожайность. Этот факт я привожу для понимания важности каждой мелочи в сельском хозяйстве. А в том, что некоторые фермеры и небольшие хозяйства не смогли противостоять нашествию грызунов, винить их не надо. У всех есть на то веские причины, особенно учитывая очень тяжелый сезон 2025 года.

– Какие причины, если затравливание грызунов – одна из базовых вещей для урожая?

– Травить мышей дорого. Для этого необходимо много людей. Ведь надо точечно положить приманку в нору и притоптать ногой, и так сделать за день тысячи раз, а механизированной альтернативы пока нет. Всплошную нельзя рассыпать приманки, так как от этого будут гибнуть не только мыши, но и другие животные. К тому же сильнодействующие вещества запрещено применять из соображений экологической безопасности.

Остается только ручная затравка. Труд довольно тяжелый, и за него надо платить. Добавьте сюда сопутствующие расходы в виде транспорта, цены на сами средства борьбы, и получится весьма солидная сумма. Возможно, некоторые хозяйственники сопоставили затраты на защиту с вероятными потерями и решили не травить мышей – понадеялись на авось. Но грызунов оказалось столько, что потери намного превысили прогнозируемые пороги. Горький опыт учтен, и именно сейчас, после сева, идет намного более активная, чем прошлой осенью, работа по протравливанию мышевидных вредителей.

Технологии окупаются

– Но даже с учетом таких досадных потерь динамика по росту урожайности сохраняется.

– Повторюсь, здесь целый комплекс причин. Взять те же сеялки. Я любуюсь, как они работают: интервалы между семенами точны до миллиметра, междурядья – под линеечку, глубина самая оптимальная и одинакова на всем поле. О таком чуде мы и мечтать не могли еще в 2001 году. С другой стороны, в минувшем сезоне мы ощутили зависимость от высоких технологий, когда из-за перебоев со связью возникали проблемы с «умными машинами». Но это детали.

В агротехнике произошли тоже огромные изменения. Еще Павел Пантелеймонович Лукьяненко говорил: «Хватит удобрять землю семенами». И, наконец, мы пришли к тому, чтобы этот завет стали исполнять практически все наши аграрии.

– Поясните, пожалуйста, что это означает?

– Кубанские растениеводы знают о правиле трех «не». Этот принцип мы сформировали и продвигаем многие годы. Он означает: «Для хорошего урожая не сей рано, не сей густо, не сей глубоко». Данное утверждение нашего учителя касается второго «не». Раньше нормой считалось сеять на гектар 5,5–6 миллионов семян. Но технологии совершенствуются, появляются новые продуктивные сорта – прогресс нельзя остановить. Сейчас норма высева 3,5–4 миллиона на гектар, но нам пришлось провести колоссальную многолетнюю работу с аграриями-практиками, чтобы убедить в том, что лишние семена в поле не просто бесполезны, а даже вредны и убыточны.

Сегодня могу с радостью и гордостью сказать, что практически все растениеводы края убедились в нашей правоте. А теперь немного посчитаем: 2 миллиона семян весят в среднем 80 килограммов. Умножим на 1 миллион 800 тысяч гектаров озимого клина зерновых и получим 144 тысячи тонн, которые не зарыты просто так в землю, а реализованы и принесли прибыль – кубанские семена очень востребованы на внутреннем рынке и за рубежом.

Предвидеть и быть готовым

– Людмила Андреевна, какие выводы сделаны из достижений и проблем сельскохозяйственного сезона-2026?

– В нашей работе достижения нередко идут рука об руку с проблемами – это жизнь на земле, и никуда от этого не деться. Вот в минувшем сезоне очень порадовала урожайность кукурузы на зерно – более 65 центнеров с гектара. Даже если не сравнивать с ужасным 2025-м, когда не было и половины этого результата, урожайность одна из самых высоких за многие годы. Но мы уже думаем о том, что кукуруза на зерно – довольно проблемный предшественник для колосовых, так как есть высокая опасность фузариоза. У нас есть линейка устойчивых к этому заболеванию сортов, но для минимизации рисков необходимо учесть все факторы каждого конкретного поля. Работа в этом направлении идет с весны, когда кукурузу только посеяли. Мы разработали рекомендации для всех, кто к нам обращался; а учитывая высокую культуру земледелия, о чем мы говорили, таких было очень много. Риски снизили, но эта тема остается в числе приоритетных и находится под постоянным контролем.

– Урожай сахарной свеклы тоже более чем хороший…

– Здесь тоже есть сопутствующие вопросы. Сейчас сахарные заводы просто физически не могут принять всю свеклу, что затягивает ее уборку, а значит, не дает возможности освободить часть полей и засеять их озимыми. Это не является глобальной проблемой, но, как я говорила, у нас мелочей нет. Тоже разбираемся индивидуально. Один из выходов: засеять поля в зимние «окна» или по весне двуручками – линейка этих сортов озимой пшеницы у нас тоже широкая.

Кстати, это выход и из ситуации, связанной с закрытием экспорта зерна. Как и все, я очень надеюсь, что ситуация с экспортом в скором времени решится положительно, а государство дополнительно поможет зерновыми интервенциями, скупая урожай в первую очередь у мелких и средних хозяйств, так как они наиболее уязвимы. Уверена, что как только аграрии увидят реальные перспективы сбыта, они, возможно, и увеличат площади посева, соблюдая, конечно, севооборот.

– Но ведь запланированные 1,8 миллиона гектаров кубанского озимого клина засеяны. Получается, кто-то посеял меньше, но кто-то и больше?

– Важно, чтобы люди, которые работают на земле, продолжали на ней работать. Для этого им сейчас необходима поддержка. Я знаю, что на уровне края и федерации сейчас идет активная работа в этом направлении, и думаю, что помощь получат все, кому она необходима. Но время дорого. Важен каждый земледелец.

Сезон окончен – сезон начат

– В заключение рискну задать запрещенный для аграриев вопрос: какие виды на урожай-2027?

– Вопрос не запрещенный, а скорее риторический. Нет на него ответа до тех пор, пока последнее зернышко не упадет в бункер комбайна. Могу только сказать, что посевная прошла в агротехнические сроки – то есть «не сей рано» выполнено. В качестве всходов может убедиться любой, лишь посмотрев на поля. Вообще, каждый человек, который любит свою землю, будь он городской, деревенский, какой угодно, если едет на машине или идет пешком и видит свежие всходы пшеницы, ячменя, не может остаться равнодушным. Первые всходы самые красивые! Они внушают надежду на светлое будущее. А в этом году всходы особенно хороши.